Я не знаю, как люди умирают. Мы видим это,
но сами не умираем. А когда умираем, то это видит кто-то другой. Есть
вещи, которые не нужно знать, о которых не нужно думать, о них никто
ничего не знает.
Ты знаешь, первый раз в жизни мне хочется иметь
свой дом. Заботиться об этом, что-то для этого делать. Я всё время
думаю про то как мы будем жить. Мы с тобой очень родные и очень похожие
люди. С одной стороны это трудно, зато в самом главном мы с тобой
чувствуем одинаково и понимаем друг друга в самом важном.
Я
правда не знаю, как люди расстаются, но не живут же они в самом деле
несколькими жизнями. Смерть однозначна, а любовь нет. И её
неотвратимость заложена в самой модели жизни. Собственно неотвратимость
смерти тоже. Сегодня я думал, что с тобой что-то случилось: авария или
что-то ещё. И я знаю, что нельзя об этом думать. Но это было почти также
страшно как мысль о том, что ты меня можешь не любить. Честно говоря
даже страшнее. И я просто стал молиться Богу и даже согласился на то,
чего я больше всего боялся вчера. Подумал, что лучше ты меня не будешь
любить. У меня вообще иногда такое сумасшедшее ощущение, что мы с тобой
два разных характера одного человека. Мы как два брата близнеца,
разлучённые в роддоме и встретившиеся через много лет. Кое что сложно,
но кровь-то родная. Ты для меня абсолютная судьба. И я в тебя очень
верю. Верь и ты мне. И всё-таки любовь важнее. Независимо от того даже,
важнее ли сама жизнь, чем смерть. Почему? Во-первых, это единственное,
что может с ней соперничать в смысле окончательности. Если человеку
пришлось умереть, то тот, кто его любил, не перестанет любить. Это
очевидно. Во-вторых, обратного, видимо, быть не может.
Я не знаю, как заканчивается любовь. Если любовь заканчивается, видимо, это не она.